Парадокс равенства

1177
Автор этой статьи ведет блог . Своего имени он не называет и при этом уверяет: «Я работал линейным менеджером, менеджером по персоналу, менеджером проектов и в последнее время бизнес-консультантом в самых разных производственных секторах. Побывав более чем в тридцати организациях в Европе и на Ближнем Востоке, я кое-что знаю о том, как работают (или не работают) компании». Его размышления от первого лица по поводу развития британского общества и бизнеса в течение последних 50 лет показались нам интересными, и мы решили поделиться ими с читателями.

Недавно вышедшие в Британии сериалы о событиях 1970-х годов, снятые по книгам популярного историка Доминика Сандбрука, бесспорно, стоят того, чтобы их посмотрели все, кому сейчас за сорок. Это прекрасные съемки и музыка, кроме того, они наводят на мысли о том, как много изменилось с тех пор.

Во время кампании, развернувшейся перед выборами мэра Лондона, вновь прозвучала цитата Кена Ливингстона, дважды побывавшего на этом посту: «Вначале 1970-х мое поколение полагало, что к настоящему времени мы создадим социалистическое общество». Не только приверженцы левых взглядов считали, что мы неотвратимо движемся к социализму, так думало немало представителей и правого крыла. Некоторые были настолько встревожены этим, что заводили разговоры о государственных переворотах и контрреволюционных отрядах. Конечно, под социалистическим обществом подразумевались разные вещи: для одних оно означало коммунистическую диктатуру, для других - общество всеобщего благоденствия скандинавского типа. Однако при этом все сходились в одном: роль государства увеличивается, оно все более активно проникает в различные сферы жизни, а люди уравниваются в правах, и в обозримом будущем эта тенденция продолжится.

Затем во главе «самого правого правительства всех времен» встала Маргарет Тэтчер и мощным движением развернула курс государства на 180 градусов. По крайней мере, как ее сторонники, так и противники долгое время рассказывали такую историю: «Пришла Мэгги, разгромила профсоюзы и вернула Британии ее величие» или: «Пришла Мэгги, разгромила профсоюзы, заткнула рот рабочему классу и восстановила привилегии меньшинства».

Бесспорно то, что с 1970-х годов неравенство в доходах граждан стало расти (за исключением небольшого понижения в 2000-е годы), после чего разрыв продолжил неуклонно увеличиваться. В том, что касается финансов, сейчас граждане Британии находятся в положении большего неравенства, нежели в 1960-е годы, об этом красноречиво свидетельсвует представленный на рисунке график, составленный доктором Джоном Боуном из Абердинского университета.

Пока все это происходило, в обществе пустило корни явление, известное как политическая корректность. Это понятие было изобретено левым крылом в Америке, однако сейчас оно используется в качестве пренебрежительно-обобщенного обозначения всего, что связано с защитой и продвижением прав женщин, меньшинств и прочих ущемленных групп. В 1980-е годы появились первые курсы, призванные повысить бдительность в отношении расизма. Сначала их вводили в местных органах власти, а затем они распространились на весь государственный и частный сектор. По воспоминаниям участников тех событий, порой это было просто кошмарно, однако отражало растущую готовность к искоренению расовых предрассудков. Так, битва против расизма и сексизма продолжалась даже тогда, когда шахтеры в Оргриве шли на баррикады, а в Вэппинге2 массово увольняли работников типографии.

К 1989 г. наметился сдвиг отношений в обществе: такие телепрограммы, как «Шоу белых и черных менестрелей» (Black and white minstrel show) и «Возлюби ближнего своего» (Love thy neighbour), чрезвычайно популярные в годы правления лейбористов, стали казаться постыдными пережитками. Правительства Тэтчер и Рейгана вводили более строгие законы против разжигания расовой ненависти, и к концу долгого периода правления консерваторов языковые обороты, которые в 1970-е годы были общепринятыми, стали неприемлемыми для большинства граждан.

В то же время в период правления тори значительно выросло число работающих женщин, а также женщин на руководящих постах. Это правительство, несмотря на свою принадлежность к правому крылу, не предпринимало никаких попыток вернуться к дискриминации по половому признаку и неравенству при определении уровня оплаты труда (вероятно, это объясняется присутствием женщины на посту премьер-министра).

На протяжении всех 1980 и 1990-х годов разрыв в оплате труда среди женщин и мужчин сокращался. Параллельно все более сглаживались социальные различия, этот процесс набрал темп в течение 1960-х годов и продолжалсявпоследствии. Риторика антиэстеблишмента, характерная для периода правления Тэтчер, способствовала ему. Все - от политиков до представителей королевской фамилии - стали подчеркивать, что и они не более чем простые смертные. В связи с этим со временем британское общество стало менее формальным и, по крайней мере, внешне менее иерархичным.

Подобные тенденции сохранились при режиме новых лейбористов. Правительство Тони Блэра игнорировало призывы обратить вспять процессы приватизации и дерегуляции, запущенные в годы правления консерваторов. Уж кто-кто, а эти лейбористы стремились пристроиться поближе к Сити больше, чем тори могли себе позволить когда-либо. Вместе с тем они усилили законодательство, способствующее большему социальному равенству. Если бы представителю левых взглядов в начале 1970-х годов сказали, что в 2010 году лейбористы примут закон о равенстве, призванный свести воедино предшествующие законодательные акты, он наверняка счел бы это широким радикальным жестом по конфискации излишков у богатых, национализации земли и стиранию последних следов привилегий меньшинства. На самом деле, этот закон очень мало говорил об экономической справедливости как таковой. По сути, правительство лейбористов не возражало против того, чтобы люди богатели до неприличия, если при этом они внедряли надлежащую политику социального равноправия, а также этнического и культурного разнообразия.

Таким образом, в период между 1980 и 2010-м годами социальное равенство и экономическое неравенство шагали рука об руку. Парадоксальным образом закон, а также изменения в восприятии людьми друг друга сделали граждан более равными в одном отношении, в то время как силы экономики усугубили их неравенство в другом.

Организации формируются окружающим обществом, поэтому происходящие в нем сдвиги не могут не отражаться на рабочих местах. На прошлой неделе я перечитал дело миссис Де Соуза против автомобильной ассоциации, рассмотренное в 1986 г. Это один из первых судебных процессов в области трудовых отношений, которые мне довелось изучить. В то время это дело освещали следующим образом.

Миссис Де Соуза, темнокожая женщина, работавшая секретарем и личным ассистентом, заявила, что подвергается дискриминации на почве расовой принадлежности. Среди обстоятельств, на которые она жаловалась, было то, что однажды она случайно услышала, как один из менеджеров компании-ответчика говорил другому, чтобы «это напечатала черномазая», имея в виду ее.

С позиции нынешнего 2012 г. это шокирует, не правда ли? Но что по-настоящему интересно, так это то, что миссис де Соуза проиграла дело! Апелляционный суд, равно как и апелляционный суд по трудовым делам, остался безучастным по отношению к ней. Согласно законам того времени называть кого-либо «черномазым», если сам человек этого не слышит, не считалось расовой дискриминацией. Такое настроение преобладало обществе, и несмотря на то что использование подобных выражений служило признаком тупости и озлобленности, а тех, кто употреблял их на рабочем месте, относили к категории людей скверных и неприятных, общественное мнение не стало бы налагать запрет на такие слова. Просто есть невежды, которые позволяют себе подобное - такова жизнь!

В наши дни миссис Де Соуза, конечно, выиграла бы дело и получила бы значительную компенсацию, а менеджера наверняка уволили бы за грубое оскорбление. Этот случай показывает, насколько изменилась ситуация за последние десятилетия. Законы об оскорблениях и домогательствах пришли на смену решениям, подобным вынесенному по делу Де Соуза. Теперь те, кто пользуется расистской лексикой, могут преследоваться как уголовные преступники.

Ряды нынешних менеджеров тоже стали весьма разнообразными. Одна из моих знакомых недавно так описала последнее пополнение персонала ее фирмы в Сити молодыми специалистами из числа выпускников: «В глаза бросалось изрядное вкрапление африканских, индийских и китайских лиц, однако все они были стройными симпатичными людьми и объяснялись либо на безупречном английском, либо с рафинированным шотландским или другим региональным выговором. Среди них не было толстых и прыщавых, никто не выдавал себя сильным акцентом, не смахивал на чудиков. Да, они были разного цвета кожи, но все как один красивые, сияющие и стильные. Это напоминало рекламу».

Конечно, как и раньше, для того чтобы получить работу в крупной компании, нужно выглядеть и изъясняться должным образом. В наши дни этническая принадлежность больше не препятствует этому. Сравнение выпускников, принимаемых на работу в 1980-х годах и сейчас, поражает. Ставлю десять против одного, что в 1980-х среди подобного пополнения штата крупной компании практически все оказались бы белыми людьми мужского пола.

Ослабление принципов старшинства при общении также не прошло мимо рабочей среды. Помню, во времена, когда я только начинал работать в корпоративном мире, менеджеры среднего звена называли одного из директоров «сэр». Даже в начале 1990-х годов я работал с людьми, которые не могли заставить себя называть директоров по имени.

Сегодня директора сидят в стеклянных офисах или вообще в открытых помещениях вместе с другими сотрудниками, и все обращаются друг к другу по имени. Выпускники-стажеры вступают в дискуссию с топ-менеджерами на открытых совещаниях и отправляют своим начальникам по электронной почте предложения, о которых их никто не просил. Иерархия (по крайней мере, в формальном смысле) сведена на нет.

И все же разрыв в доходах между высшим руководством и остальными сотрудниками сейчас гораздо более значителен, нежели в 1970-е годы. Похоже, что в течение последних десятилетий, чем ближе люди сидели к своим боссам во время работы, тем дальше они отстранялись от них в размере зарплаты. Более того, доля сотрудников, работающих на временной основе, а также тех, кто не состоит в проф союзах, сейчас больше, чем в 1970-е годы. В наши дни миссис Де Соуза с меньшей вероятностью была бы членом профсоюза и, скорее всего, работала бы через кадровое агентство. Горе тому менеджеру, который сегодня назвал бы ее «черномазой». В то же время, если бы она чем-то не угодила ему, он мог бы просто позвонить в агентство и попросить прислать взамен кого-то другого.

Таким образом, парадокс последних тридцати лет также простирается на трудовые отношения. Формальные иерархии сломлены, и теперь ожидается, что мы будем относиться друг к другу как равные, независимо от расы, социального происхождения, пола или сексуальной ориентации. Тот, к кому в 1970-е годы мы обращались «сэр», теперь просто «старина Дэйв», однако разница в доходах «Дэйва» и всех остальных - астрономическая.

Что же произошло? Одно из наиболее точных объяснений, которые мне доводилось слышать, дал консервативный писатель Дуглас I Мюррэй во время блистательной радиодискуссии на тему консерватизма: «Правые выиграли в экономическом конфликте, а левые победили в культурных войнах». Проще говоря, правые предпочли биться на экономическом фронте, оставив культурные вопросы левым. Американский писатель Томас Франк, также участвовавший в этой программе, нечто подобное выразил в своей книге «Что не так с Канзасом?». Республиканцы используют негодование граждан по поводу таких тем, как аборты или однополые браки, чтобы пройти на выборах, но когда они оказываются у власти, приоритетом их деятельности становится обеспечение налоговых послаблений для состоятельных слоев.

Во время последних выборов в британские местные органы власти напряжение снова стало нарастать, парламентарии от консервативной партии говорили, что однополые браки и прочие «социально-либеральные штучки» стали причиной того, что их партия показала столь слабые результаты. Я подозреваю, что лидеру консерваторов Дэвиду Кэ-мерону и особенно его соратнику Джорджу Осборну никакого дела нет до иммиграции и других обстоятельств, огорчающих правое крыло тори. В первую очередь их волнует экономика, и они являются продолжателями предыдущих режимов в гораздо большей степени, чем им хотелось бы признать это.

Может быть, правые действительно выиграли экономическую войну, а левые - культурную. Мы живем в условиях экономического неравенства, а в социальном понимании неравенство уменьшилось по сравнению с ситуаций тридцатилетней давности. Однако стоит ли воздавать хвалу политикам или целиком возлагать на них вину за это?

Многое из того, что происходило в Британии, в той или иной степени имело место во всем развитом мире: неравенство выросло, членство в профсоюзах сократилось, число рабочих мест в сфере производства уменьшилось, и государства с обширнейшими социальными гарантиями пошли на попятную.

Даже шведы уже не так безраздельно исповедуют принципы всеобщего благоденствия, как раньше. В то же время социальное равенство, особенно положение женщин и меньшинств, в большинстве развитых стран улучшилось. В Европе эти принципы прописаны в серии директив ЕС, то есть правительства тех или иных государств не смогут отменить законы о дискриминации, даже если захотят.

Двигателями этих изменений служили мировые изменения в экономике и постепенные сдвиги в общественных отношениях. Часть похвал и обвинений, конечно, можно отнести на долю политиков, однако тот факт, что большинство западных стран двигалось в более или менее схожем направлении, подтверждает, что все это произошло бы любом случае. Некоторые политики, такие как Тэтчер или Рэйган, несомненно, ускорили данный процесс, но в целом все они просто «танцевали под звучавшую музыку и старались ловить волну».

Еслибы в 1970-е годы можно было показать политикам, как Британия будет выглядеть сегодня, то и правые и левые наверняка нашли бы эту картину отвратительной. Негодование левых было бы вызвано неравенством в доходах, приватизацией городских служб и слабостью профсоюзного движения. Консерваторы клокотали бы от возмущения при виде женщин на руководящих постах, темнокожих членов гольф-клубов и в связи с общей нехваткой уважения к тем, кто занимает более высокое положение.

Очевидно, при описании нынешней Британии кому-либо из 1970-х годов имел бы место примерно следующий диалог:

- Многое ли поменялось?

- Еще бы!

- Теперь здесь живется лучше?

- Это зависит от того, кто ты и чем занят.

- Достигнуто ли большее равенство?

- А вот это зависит от того, что именно вы имеете в виду...



Подписка на статьи

Чтобы не пропустить ни одной важной или интересной статьи, подпишитесь на рассылку. Это бесплатно.

Самое выгодное предложение

Самое выгодное предложение

Воспользуйтесь самым выгодным предложением на подписку и станьте читателем уже сейчас

Живое общение с редакцией


Рассылка




PRO-personal.ru: сайт для специалистов по кадрам и управлению персоналом

Все права защищены. Полное или частичное копирование любых материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции сайта. Нарушение авторских прав влечет за собой ответственность в соответствии с законодательством РФ.

Свидетельство о регистрации электронных СМИ № ФС77-40332 от 23 июня 2010 года


  • Мы в соцсетях
Статья для специалистов по работе с кадрами!

Зарегистрируйтесь, чтобы продолжить чтение.

Дополнительно Вы сможете:
- прочитать еще 5600 рекомендаций по кадровой и HR-тематике
- скачать 4800 готовых образцов документов
- посмотреть 54 видеолекции по трудовому законодательству

Подарок дня: Справочник должностных инструкций по профстандартам

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль
Зарегистрируйтесь на сайте и скачайте файл!

Это бесплатно и займет всего одну минуту! Вам станут доступны для скачивания более 2000 форм и образцов документов.

У меня есть пароль
напомнить
Пароль отправлен на почту
Ввести
Я тут впервые
И получить доступ на сайт
Займет минуту!
Введите эл. почту или логин
Неверный логин или пароль
Неверный пароль
Введите пароль